Preliminary (Collateral) Question in the International Private Law: Concept and Legal Nature

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 
кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры международного права Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена
Аннотация: 

Одной из сложнейших проблем применения коллизионных норм в международном частном праве является проблема постановки и разрешения предварительного (побочного) вопроса. Это объясняется тем, что в научной доктрине не сложилось единого понимания правовой природы и способов разрешения предварительного вопроса, и отсутствием его закрепления на законодательном уровне. В статье раскрывается понятие предварительного (побочного) вопроса как правовой оценки фактических обстоятельств, сопутствующих рассмотрению основного правоотношения, а также приведены примеры тех действий, которые необходимо выполнить до определения применимого права к основному правоотношению или в процессе его применения. Разрешение предварительного вопроса необходимо для правильного и полного представления всех фактических обстоятельств дела, возникающих при рассмотрении гражданско-правового спора, осложненного иностранным элементом.  Автор выявляет возможные пути решения различных вариантов предварительного (побочного) вопроса, в частности, посредством применения права страны суда (lex fori), права страны, с которой связано правоотношение в целом (lex causae), а также процессуальных норм национального права.

Ключевые слова: 

предварительный (побочный) вопрос, международное частное право, частноправовые отношения с иностранным элементом, коллизионные нормы, квалификация юридических понятий, способы разрешения, lex fori, lex causae, МЧП.

     В процессе регулирования частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом, может возникнуть проблема так называемого предварительного (побочного) вопроса, «…которая относится к одной из самых сложных проблем в международном частном праве, поскольку несет в себе максимальную степень теоретической абстрактности и затрагивает общие вопросы методологии международного частного права» [6. С. 183].

     Его разрешение необходимо для правильного и полного представления всех фактических обстоятельств дела, возникающих при рассмотрении гражданско-правового спора, осложненного иностранным элементом.

     В отсутствии законодательного закрепления данной правовой категории в российском праве, мы сталкиваемся также с недостаточным освещением  предварительного (побочного) вопроса в отечественной юридической науке. При этом довольно сложно проследить единство подходов в доктринальном понимании правовой природы предварительного вопроса и путей его разрешения.

     Как указывает В.Л. Толстых, «… предварительный вопрос представляет собой ситуацию, возникающую, когда в рамках одного процесса рассматриваются два отношения: основное и дополнительное, урегулированные разными коллизионными нормами. Методологически данная проблема близка к проблеме обратной отсылки, поскольку здесь речь также идет о возможности применения коллизионных норм иностранного права» [9. С. 230].

     На наш взгляд, трактовать понятие предварительного вопроса следует несколько шире, а именно, как правовую оценку фактических обстоятельств, сопутствующих рассмотрению основного правоотношения.

     Данная категория является условным обозначением тех действий, которые необходимо выполнить до определения применимого права к основному правоотношению или в процессе его применения.

     Исключительного перечня таких действий и их закрепления в законодательстве не существует, поскольку для каждой правовой ситуации приемлемы свои конкретные действия.

     К ним можно отнести: выборочное толкование отдельных терминов (например, понятие «недвижимое имущество»); сопоставление понятий одной правовой системы с аналогичными понятиями другой правовой системы (например, понятие «исковая давность»); определение юридической силы судебных решений, вынесенных в иностранном государстве, которые в последующем могут быть положены в основу данного разбирательства (например, признание в судебном порядке наследников недостойными); установление юридически значимых фактов (например, при определении круга наследников по закону может возникнуть вопрос о действительности брака).

     Такие действия способствуют разрешению основного правоотношения, но далеко не все из них в принципе требуют применения коллизионных норм. В частности, в процессе определения юридической силы судебного решения, вынесенного в иностранном государстве, или установления юридически значимых фактов правоприменитель пользуется иными правовыми инструментами.

     Проиллюстрировать сложную юридическую конструкцию постановки нескольких предварительных (побочных) вопросов при регулировании  основного правоотношения с иностранным элементом можно на следующем примере. В российский суд обратились наследники гражданина Российской Федерации, проживавшего последние годы и умершего в государстве X, с иском о разделе наследственного имущества. На наследство, состоявшее из недвижимого имущества, находящегося на территории Российской Федерации,  претендовали дети наследодателя, один из которых проживал за границей с отцом и был признан судом  государства X недостойным наследником, а также пережившая супруга – иностранная гражданка, брак с которой был заключен на территории иностранного государства.

     Таким образом, в процессе рассмотрения основного – наследственного – правоотношения судья столкнулся с необходимостью разрешения следующих предварительных (побочных) вопросов. Во-первых, для определения круга законных наследников правоприменитель необходимо дать оценку действительности брака, заключенного за границей, для чего он должен обратиться к коллизионной норме семейного законодательства Российской Федерации, поскольку  данный вопрос выходит за рамки наследственного права.

     Во-вторых, на круг лиц, имеющих право на получение наследства, может повлиять  факт признания одного из наследников недостойным на основании вынесенного иностранным судом решения. В этой связи встает другой предварительный (побочный) вопрос о признании в Российской Федерации такого судебного решения.

     Как отмечает А.В. Алешина, предварительный вопрос  «…возникает тогда, когда регулирование отношений по наследованию  подчинено одной правовой системе, а предварительный, касающийся гражданского состояния лица, его семейного положения, родства и т. п. – иной правовой системе» [2. С. 70].

     Поскольку  в каждом конкретном случае при регулировании основного гражданско-правового отношения международного характера правоприменитель может столкнуться с постановкой неодинаковых по своей природе предварительных вопросов, то и для их разрешения могут быть применены несколько различных способов.

     Сегодня существует несколько вариантов решения данного вопроса, но единого мнения пока не выработано [1. С. 15].

     Достаточно распространенными являются ситуации, когда в качестве предварительного (побочного) вопроса необходимо установить содержание отдельных терминов и понятий, точное уяснение смысла которых требуется для правильного разрешения правоотношения (например, понятие «доверительная собственность», «залог» и т.д.).

     Такая конструкция, по сути, сходна  с проблемой «квалификации» в международном частном праве, способы решения которой закреплены в ст. 1187 Гражданского кодекса Российской Федерации [4]. В этой связи можно обращаться к положениям данной статьи в контексте применения такого правового инструмента как аналогия закона.

     Для квалификации юридических понятий, в первую очередь, применяется закон суда (lex fori). Так, согласно п. 1 ст. 1187 ГК РФ, при определении права, подлежащего применению, толкование юридических понятий осуществляется в соответствии с российским правом, если иное не предусмотрено законом.

     Однако в отдельных случаях, когда квалификация по отечественному праву невозможна, применяется квалификация по праву страны, с которой связано правоотношение в целом (lex causae). В частности, если юридические понятия, требующие квалификации, неизвестны российскому праву или известны в ином словесном обозначении либо с другим содержанием и не могут быть определены посредством толкования в соответствии с российским правом, то при их квалификации может применяться иностранное право (п. 2 ст. 1187 ГК РФ). Также, если фактические обстоятельства дела связаны с правом одного государства, а спор по каким-либо причинам (например, в соответствии с соглашением сторон о подсудности спора) рассматривается в суде другого государства, то применяется право того государства, с которым связаны обстоятельства дела.

     Иногда в качестве предварительного вопроса необходимо урегулировать самостоятельное частноправовое отношение, подчиняющееся другим коллизионным нормам, нежели, чем основное. Например, при рассмотрении спора об алиментных обязательствах отца в отношении несовершеннолетнего ребенка, в качестве предварительного (побочного)  может  встать вопрос об установлении отцовства. В данном случае, к обязательствам по уплате алиментов будет применяться законодательство государства совместного места жительства родителей и детей (ст. 163 Семейного кодекса Российской Федерации [8]), а к вопросам установления и оспаривания отцовства применяется законодательство государства, гражданином которого является ребенок по рождению (п. 1 ст. 162 СК РФ).

     В доктрине господствует точка зрения, что предварительный коллизионный вопрос имеет самостоятельное коллизионное регулирование, самостоятельную коллизионную привязку. С материально-правовой точки зрения предварительный вопрос также должен решаться в независимости от материального права, применимого для решения основного вопроса [3. С. 110].

     Л.А. Лунц отмечал, что «…при разрешении так называемого предварительного вопроса советский суд должен, как правило, применять соответствующую советскую коллизионную норму, также и в том случае, когда разрешение «основного» вопроса подчинено иностранному праву» [5.  С. 241].

     Зачастую предварительный вопрос может заключаться в необходимости признания в Российской Федерации иностранного судебного решения (например, признание лица безвестно отсутствующим). Для этого правоприменитель должен опираться на положения российского процессуального законодательства.

     Признание иностранных судебных решений практически во всех странах осуществляется в соответствии с принципом взаимности, закрепленным в двусторонних международных договорах. При этом следует учитывать, что иностранные судебные решения не должны противоречить  публичному порядку Российской Федерации.

     Таким образом, разрешение предварительного (побочного) вопроса представляется достаточно сложным процессом в отсутствии его законодательного закрепления и отсутствии единства доктринального понимания, но при этом является чрезвычайно важным для урегулирования возникшего спора в целом.

Литература: 
[1] Алёшина А.В. Коллизионные вопросы наследования по закону в международном частном праве. Автореф. на соиск. уч. ст. к.ю.н. СПб., 2006.
[2] Алёшина А.В. Коллизионные вопросы наследования по закону в международном частном праве. Монография. СПб.: Астерион, 2008.
[3] Гетьман-Павлова И.В. Международное частное право: Учебник. М.: Издательство Эксмо, 2005.
[4] Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть третья. // СПС «КонсультантПлюс», 2016.
[5] Лунц Л.А. Курс международного частного права: В 3 т. М.: Спарк, 2002.
[6] Плеханов В.В. Проблема предварительного вопроса в международном частном праве / В.В. Плеханов // Liber amicorum в честь 50-летия А.Н. Жильцова. Трансграничный торговый оборот и право = Liber amicorum in honour of 50th anniversary of Alexey Zhiltsov. Transnational trade and law: сб. статей и эссе: международный коммерческий арбитраж, международное частное право, сравнительное, гражданское право и процесс, право международной торговли, экономический анализ права / Сост. и науч. редакторы: А.И. Муранов, В.В. Плеханов. – М.: Инфотропик Медиа, 2013.
[7] Семейный кодекс Российской Федерации // СПС «КонсультантПлюс», 2016.
[8] Толстых В.Л. Международное частное право: коллизионное регулирование. СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2004.
Заголовок En: 

Preliminary (Collateral) Question in the International Private Law: Concept and Legal Nature

Аннотация En: 

One of the most difficult problems of application of conflict-of-laws rules in the international private law is the problem of statement and permission of a preliminary (collateral) question. This results from the fact that in the scientific doctrine there was no uniform understanding of the legal nature and ways of permission of a preliminary question, and lack of his fixing at the legislative level. In article the concept of a preliminary (collateral) question as legal treatment of the actual circumstances accompanying consideration of the main legal relationship reveals and also examples of those actions which need to be executed before definition of applicable law to the main legal relationship or in the course of its application are given. Permission of a preliminary question is necessary for the correct and complete idea of all actual facts of the case arising by consideration of the civil dispute complicated by a foreign element. The author reveals possible solutions of various options of a preliminary (collateral) question, in particular, by means of use of the right of the country of court (lex fori), the right of the country with which legal relationship in general (lex causae), and also the legal procedure of the national right is connected.

Ключевые слова En: 

preliminary (collateral) question, international private law, private-law relations with a foreign element, conflict-of-laws rules, qualification of legal concepts, ways of permission, lex fori, lex causae, IPL.