К вопросу о причинах преступлений коррупционной направленности

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 
студент Юридического института Московского государственного университета путей сообщения Императора Николая II
Аннотация: 

В статье на основании результатов исследования статистических данных ФКУ «ГИАЦ МВД России» содержатся сведения о динамике преступлений коррупционной направленности, в том числе на объектах транспорта. Рассмотрена структура преступлений коррупционной направленности. Обозначена динамика преступлений коррупционной направленности. Приведены результаты расследования уголовных дел о преступлениях коррупционной направленности. Представлена характеристика экономических, политических, правовых, психологических и организационных причин преступлений коррупционной направленности.

Ключевые слова: 

преступность, состояние преступности, преступления коррупционной направленности, причины преступлений коррупционной направленности, коррупционная преступность на объектах транспорта, структура преступлений коррупционной направленности, динамика преступлений коррупционной направленности, МВД, Россия, РФ.

     Коррупция относится к числу, основных угроз государственной и общественной безопасности [8], считается одной из существенных и наиболее актуальных проблем современного российского общества [3] [5. С. 7 ] [6. С. 14].

     Согласно данным ФКУ «ГИАЦ МВД России» в 2016 г. впервые за последние пять лет зафиксирован рост преступлений коррупционной направленности (+1,4%, всего – 32 924) (таб. 1) (1), ущерб от которых составил 78443928 тыс. руб. (таб. 2).

Таблица 1.

Динамика преступлений коррупционной направленности

в период с 2012 по 2016 гг.

 

2012

2013

2014

2015

2016

Всего преступлений

коррупционной направленности

49513

42506

32204

32455

32924

Прирост (снижение) (%)

-

-14,2

-24,2

+0,8

+1,4

 

     Представляется недостаточной работа по расследованию коррупционных преступлений и привлечению виновных лиц к уголовной ответственности. Так, в 2016 г. из 32 924 преступлений было расследовано 30256 (91,8%), однако в суд материалы были направлены только по 79,6% зарегистрированных преступлений (таб. 2).

Таблица 2.

Результаты расследования уголовных дел о преступлениях коррупционной направленности

 

Зарегистрировано

Расследовано

Направлено в суд

Приостановлено

Ущерб, тыс.руб.

Выявлено лиц

Преступлений коррупционной направленности

32924

30256

26240

868

78443928

16680

     По итогам 2016 г. в структуре преступлений коррупционной преступности доминировали:

  • мошенничество, совершенное с использованием служебного положения (21%);
  • получение взятки (16%);
  • дача взятки (14%).

 

     Данные показатели свидетельствуют, что в большинстве случаев выявляются и расследуются факты взяточничества, которые связаны с задержанием виновных «с поличным». В то же время наиболее общественно-опасные коррупционные проявления: организованные формы коррупции, системы «откатов», взяточничество в крупных, особо крупных размерах – по-прежнему выявляются редко.

     На объектах транспорта тенденция увеличения числа зарегистрированных преступлений коррупционной направленности наблюдается с 2014 г. (таб. 3)

Таблица 3.

Динамика преступлений коррупционной направленности на объектах транспорта в период с 2012 по 2016 гг.

 

2012

2013

2014

2015

2016

Всего преступлений

коррупционной направленности

на объектах транспорта

2218

2164

2203

2559

2912

Прирост (снижение) (%)

-

-2,4

+1,8

+16,1

+13,8

 

         Приведенные статистические данные не отражают реального состояния коррупционной преступности, поскольку она традиционно относится к числу наиболее высоколатентных. Например, коэффициент латентности (2) получения взятки (ст. 290 УК РФ) равен 75, дачи взятки (ст. 291 УК РФ) – 70 [4].

     Причины преступлений коррупционной направленности обладают сложным характером не только потому, что выступают комплексом явлений различной природы, но и потому, что большинство из них существует не одно столетие и превратились в традиционный образ жизни. Наиболее важные из них: экономические, политические, правовые, психологические и организационные.
     К экономической группе причин и условий, порождающих коррупцию, относятся:
  • экономическая нестабильность, которая, прежде всего, проявляется в хаотических изменениях инфляции и характеризуется очень высокими темпами снижения платежеспособности государственных и муниципальных служащих, что заставляет последних искать источники дохода преступным путем [2. С. 39-44];
  • пронизывание криминальных структур сферы легального бизнеса;
  • слабая финансовая обеспеченность чиновников низшего уровня, который вынужден заниматься поборами и взятками для удовлетворения своих собственных потребностей и потребностей своей семьи;
  • механизм приватизации и нецелесообразное увеличение ее темпов, в условиях отсутствия необходимой нормативной правовой базы;
  • поляризация населения по уровню доходов, что обусловило появление категории лиц, имеющих высокие доходы, часть которых используют для коммерческого подкупа, дачи взяток;
  • отсутствие добросовестной рыночной конкуренции, позволяющей получать необоснованные сверхвысокие доходы, а также добиваться успеха незаконным путем, через взятки и подкупы;
  • низкий уровень оплаты труда государственных и муниципальных служащих, провоцирующий поиск нелегальных источников обогащения;
  • ненадлежащее исполнение существующего законодательства в налоговой сфере и отсутствие эффективного контроля в сфере противодействия коррупции;
  • сложная система прохождения различных бюрократических процедур.
 
     В числе политических причин, порождающих коррупцию, следует обозначить:
  • отдаление большей доли населения от государственной власти, в частности в области управления имущественным комплексом, от сферы правотворчества и правоприменительной деятельности, которая регулярно воссоздает основания проявления зависимости гражданина от сотрудников чиновнического аппарата;
  • отсутствие должного действенного контроля со стороны законодательной власти за уровнем коррумпированности лиц, занимающих высшие должности государства;
  • сращивание государственных органов власти с представителями организованных преступных групп, в том числе преступных сообществ;
  • необоснованно «раздутый» штат государственных и муниципальных служащих, наличие которого объективно ухудшает уровень оплаты труда его служащих и степень контроля за выполняемыми ими обязанностями;
  • уничтожение прежней системы негосударственного контроля за осуществлением деятельности государственных органов и должностных лиц, которое ничем не компенсировано;
  • отсутствие действенных юридических механизмов выявления коррумпированных лиц, существенная часть которых, даже будучи пойманными «за руку» при получении взяток, все-таки изыскивают возможность избежать уголовного наказания; 
  • практически неприкасаемые для органов правосудия отдельные государственные служащие, обладающие связями в федеральных органах исполнительной власти и высокими доходами;
  • отсутствие прозрачности деятельности органов государственной власти, достаточно традиционное для России.
 
     Основные правовые причины, обусловливающие преступления коррупционной направленности. 
     Несмотря на то, что в настоящее время на федеральном, региональном и муниципальном уровнях сформирована антикоррупционная законодательная база, наряду с этим существует еще ряд проблем. Например, выявление коррупциогенных факторов в нормативных актах, уже «успешно» прошедших антикоррупционную экспертизу, и нарушений законодательства государственными служащими, на кого по роду своей деятельности возложено осуществление контроля за соблюдением требований законов.
     Статьей 20 (Незаконное обогащение) Конвенции ООН против коррупции от 31 октября 2003 г. предусмотрено, что «при условии соблюдения своей конституции и основополагающих принципов своей правовой системы каждое Государство-участник рассматривает возможность принятия таких законодательных и других мер, какие могут потребоваться, с тем чтобы признать в качестве уголовно наказуемого деяния, когда оно совершается умышленно, незаконное обогащение, т.е. значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать». К большому сожалению, данная статья Конвенции не была ратифицирована Российской Федерацией [9], в связи с этим подача деклараций чиновниками, с указанием в них предметов роскоши (дорогостоящих автомобилей, многочисленных объектов недвижимости и т.д.), стоимость которых многократно превышает размер их заработной платы, не влечет, по сути, никаких юридических последствий.
     Существуют многочисленных пробелы в законодательстве, которое регламентирует налогообложение лиц, занимающих государственные должности, государственных и муниципальных служащих.
     Психологические причины коррупции.
  1. Клановая структура власти, принявшая устойчивую, длительную и гипертрофированную форму, что приводит к исключительной даже по российским меркам коррупции, а патриархальный уклад замедляет общественное развитие. Клановость как господствующий тип социальных отношений сохраняет большую актуальность на региональном уровне, оставляет мало места честной конкуренции, создает серьезные препятствия для свободы экономической деятельности, способствует рейдерским захватам. Клановая этика и доминирование клановых установок в сфере управленческой деятельности, способствует подчинению ее частногрупповым интересам, вызывает рост закрытости государственных властных структур, преобладанию «телефонного права», создает клановый характер кадровой политики, выступает фактором значительного понижения эффективности управления и вызывает рост коррупционной преступности [10. С. 195-199].
  2. Установившийся низкий уровень солидарности граждан страны с нормами, закрепляющими ответственность за подкуп. Имеется некоторое число должностей и профессий, которые являются желанными исключительно потому, что дают возможность для поборов и взяточничества, к примеру: служба в правоохранительных органах, для некоторых людей является очень соблазнительной именно по данной причине.
  3. Игровая мотивация. Результаты отдельных исследований позволяют констатировать, что коррумпированными личностями может двигать не только корысть, но и неосознанное желание поучаствовать в интеллектуальной, острой, захватывающей игре, максимально использовать благоприятные обстоятельства. Для них важно не только получить от преступного деяния материальную выгоду, но и получить сильный эмоциональный заряд [11. С. 354-358].
  4. Достаточно посредственный уровень юридических знаний взрослого населения, который ставит его в повышенную зависимость от лиц, которые занимают государственные должности, а также государственных и муниципальных служащих.
  5. Готовность с психологической точки зрения существенной доли населения страны к реализации подкупа государственных служащих для осуществления как законных, так и незаконных интересов.
  6. Укрепившийся как в общественном, так и в индивидуальном сознании, чрезвычайно небольшой риск быть подвергнутым уголовному преследованию за совершение преступления коррупционной напралвенности.
  7. Снижение ответственности. Обоюдная вина подкупаемого и подкупающего: так как каждый из них знает, что и другой виноват, чувство вины пропадает, поскольку с легкостью может переложить вину на другого. 
  8. Незаконное бездействие и нежелание граждан защищать собственные права, а зачастую и отсутствие возможности их реальной защиты при условиях круговой поруки, которая господствует в структурах государственной власти [1. С. 97].
 
     Причины преступлений коррупционной направленности, имеющие организационный характер:
  • дефицит достоверной полной и объективной статистики административных правонарушений и уголовных преступлений коррупционной направленности;
  • низкий уровень научной и учебно-методической обеспеченности в сфере подготовки специалистов в области противодействия коррупционной преступности; 
  • отсутствие федеральной и региональной базы (учреждений, осуществляющих регистрацию и учет) субъектов, которые лишены возможности занимать государственные должности и должности по государственной и муниципальной службе;
  • отсутствие эффективного механизма взаимодействия правоохранительных органов по вопросам противодействия коррупционной преступности (в первую очередь на местном и региональном уровнях).
 
     С 2008 г. во всех субъектах Российской Федерации ФГКУ «ВНИИ МВД России» совместно с Фондом общественного мнения (ФОМ), Всероссийским центром изучения общественного мнения (ВЦИОМ), Российским государственным социальным университетом (РГСУ) проводились ежегодные масштабные социологические исследования об уровне безопасности личности и деятельности органов внутренних дел. В число исследовательских вопросов включались и те, что связаны с восприятием коррупции.
     Результаты мониторинга общественного мнения показали, что к числу основных проблем вызывающих беспокойство, более половины респондентов (70%) отнесли коррупцию. В случаях принуждения к даче взятки 85% из числа опрошенных не обращались в полицию. Основными причинами не обращения жителей России в органы внутренних дел являются незначительность ущерба (32%), неверие в то, что органы внутренних дел помогут (27%). 32% опрошенных считают, что «обращение в органы внутренних дел отнимет много времени и нервов» [7]. Сложившаяся ситуация требует пристального внимания со стороны всех субъектов предупреждения преступности.
 
ПРИМЕЧАНИЯ
(1) До 2012 г. информация о преступлениях коррупционной направленности в сопоставимом виде в статистических формах не отражалась.
(2) Коэффициент латентности – важнейший инструмент оценки и измерения латентной преступности, который показывает, во сколько раз фактическая преступность больше зарегистрированной.
Литература: 
[1] Борисов А.В. Уголовно-правовые и криминологические меры противодействия преступлениям, нарушающим авторские, смежные, изобретательские и патентные права: монография. М., 2008.
[2] Борисов А.В. Специальные меры предупреждения коррупционной преступности в сфере местного самоуправления // Противодействие преступлениям коррупционной направленности: материалы Международной научно-практической конференции, посвященной выдающемуся российскому ученому Николаю Сергеевичу Алексееву (Москва, 27 октября 2016 года). М.: Академия Следственного комитета Российской Федерации, 2016. 
[3] Ирошников Д.В. Комментарий к Федеральному закону № 390-ФЗ «О безопасности» от 28 декабря 2010 года (постатейный). Рязань: Концепция, 2014.
[4] Иншаков С.М. Теоретические основы исследования и анализа латентной преступности. М.: ЮНИТИ-ДАНА; Закон и право, 2013. 
[5] Лукьянов А.С., Кох В. О налоговых преступлениях и правонарушениях в Российской Федерации // Государство и право в России и мире. Правонарушение. Преступление. Ответственность. 2014. № 1. 
[6] Новиков С.В. К вопросу о месте и роли прокуратуры в Российской Федерации // Права человека в России и мире. 2014. № 1. 
[7] Приложение А-3 к аналитическому отчету по теме: «Исследование общественного мнения о деятельности полиции в 85 субъектах Российской Федерации»: таблицы сопряженности содержательных вопросов анкеты по социально-демографическим признакам. М.: РГСУ, 2015.
[8] Указ Президента Российской Федерации от 31 декабря 2015 № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс», 2017.
[9] Федеральный закон от 08 марта 2006 № 40-ФЗ «О ратификации Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции» // СПС «КонсультантПлюс», 2017.
[10] Шиян В.И. Причины латентности преступлений коррупционной направленности // Противодействие преступлениям коррупционной направленности: материалы Международной научно-практической конференции, посвященной выдающемуся российскому ученому Николаю Сергеевичу Алексееву (Москва, 27 октября 2016 года). М.: Академия Следственного комитета Российской Федерации, 2016.
[11] Шиян В.И. Типология личности корыстных преступниц // Российский криминологический взгляд. 2010. № 3.
Заголовок En: 

To the Question of the Corruption-Related Crime Causes

Ключевые слова En: 

crime, state of crime, corruption crime, corruption crimes causes, corruption crime on the transport objects, corruption crimes structure, corruption crimes dynamics, Interior Ministry, Russian, Russian Federation.