К вопросу об уголовно-правовых мерах противодействия коррупции в области преступлений, связанных с рейдерскими захватами

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 

магистрант Юридического института Московского государственного университета путей сообщения Императора Николая II

Аннотация: 

В настоящей статье автором исследуется генезис уголовного законодательства в сфере противодействия рейдерским захватам, а также изучается взаимосвязь проявления коррупции в области преступлений, сопряженных с рейдерскими захватами. В статье будут рассмотрены уголовно-правовые меры противодействия коррупции в сфере преступлений, сопряженных с рейдерскими захватами, предложены меры уголовно-правового противодействия указанным преступлениям. Также в статье содержатся некоторые предложения по совершенствованию уголовного законодательства.

Ключевые слова: 

генезис уголовного законодательства в сфере противодействия рейдерским захватам, коррупция, проявление коррупции в сфере преступлений, сопряженных с рейдерскими захватами, уголовно-правовые меры противодействия коррупции, преступления, сопряженные с рейдерскими захватами, коррупционная преступность, экономическая преступность, совершенствование уголовного законодательства.

     Первоначально для России XXI века проблематика противодействия рейдерским захватам антикоррупционными мерами была определена 31 июля 2008 года, и нашла свое отражение в Национальном плане противодействия коррупции на 2010-2011 гг. (в настоящее время уже утратил силу), который был утвержден Президентом России 31 июля 2008 г. № Пр-156869 [4]. Указанный документ первоочередными мерами реализации Плана определял повышение уровня контрольных мероприятий за обоснованностью и законностью процессуальных действий, которые принимаются в рамках уголовных дел, связанных с имущественным захватом, захватом прав имущественного и неимущественного характера, денежных сумм юридических лиц, которые получили название «рейдерство».
     Основанием таких действий можно определить отсутствие применимой стратегии борьбы с криминальными захватами имущественных комплексов организаций. Следствием всего этого, а также последующим этапом развития российского антикоррупционного законодательства в сфере борьбы с недружественным корпоративным слиянием и поглощением необходимо обозначить введение в действие Федерального закона от 25.12.2008 № 278-ФЗ «О противодействии коррупции» [8], определившего перечень институтов, которые создают новые структурные элементы системы уголовно-правового противодействия коррупции.
     В первую очередь, в указанном нормативном правовом акте произошло обновление правовой основы борьбы с коррупцией, средств правовой регламентации деятельности по борьбе с коррупцией, форм правовой регламентации данной деятельности и ее адресное предназначение. Во-вторую, данный закон конкретизирует объект системы противодействия коррупции, вносит корректировки в государственную уголовную политику, структуру правовой регламентации этой системы, направленность, форму, методы и способы, а также средства борьбы с коррупцией [2. С. 18]. 
     В 2012 г. был разработан законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации, направленных на исключение возможности решения хозяйственного спора посредством уголовного преследования», который был нацелен на введение норму, устанавливающей уголовную ответственность должностных лиц, которые наделены полномочиями осуществления предварительного расследования за изначально противозаконное возбуждение уголовного дела, и плюс к этому за проведение изначально противозаконных следственных действий, а также оперативно-розыскных мероприятий. Инициаторы законопроекта использовали в качестве аргумента инициации возбуждения уголовного дела, в ходе которого реализуются следственные действия, которые приводят к невозможности последующего ведения предпринимательской деятельности, для осуществления воздействия на оппонента предпринимательского спора или ликвидации конкурента с определенного рынка инициируется данное возбуждение. В связи с этим данный законопроект предлагал: 1). Добавить в гл. 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» УК РФ [5] состав преступления, который устанавливает уголовную ответственность за проведение вышеназванных деяний, в том случае если таковые производятся с целью противозаконного вмешательства в хозяйственную деятельность индивидуального предпринимателя или организации с использованием проведения заведомо противозаконных оперативно-розыскных мероприятий, изначально противозаконных следственных действий, изначально противозаконного возбуждения уголовного дела (ст. 169.1); 2) дополнительная превенция в борьбе с криминальным переходом права собственности инициаторам законопроекта виделась в криминализации в гл. 31 «Преступления против правосудия» УК РФ таких деяний, как противозаконное возбуждение уголовного дела (ст. 299.1 УК РФ), противозаконные оперативно-розыскные мероприятия и противозаконные следственные действия (ст. 299.2 УК РФ). 
     По нашему мнению имеющиеся в законопроекте предложение о введении в Уголовный кодекс Российской Федерации статьи об уголовной ответственности за противозаконное возбуждение уголовного дела наделено неоспоримым практическим интересом. Тем не менее, обращая внимание на соблюдение системности законодательства уголовного и взаимосвязанных принципов уголовно-процессуального законодательства, необходимо ввести норму об уголовной ответственности за данное преступное действие в ст. 299 УК РФ, которую предлагается изложить таким образом: 
     «Статья 299. Незаконное возбуждение уголовного дела и привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности 
1. Незаконное возбуждение уголовного дела и привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности - наказывается лишением свободы на срок до пяти лет. 
2. Те же деяния, соединенные с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, - наказывается лишением свободы на срок от трех до десяти лет. 
3. Деяния, предусмотренные в частях первой и второй настоящей статьи, повлекшие переход права собственности помимо воли собственника, наказываются лишением свободы на срок от пяти до десяти лет». 
 
     По нашему мнению, предлагаемые изменения в ст. 299 УК РФ будут способствовать восполнению пробела в судебной практике, в следственной работе. Необходимо обратить внимание на то, что до сегодняшнего дня органы правоприменения под привлечением изначально невиновного к уголовной ответственности понимали процессуальное действие о привлечении лица, которое совершило преступное деяние, в качестве обвиняемого, а не акт принятия и вынесения постановления о возбуждении уголовного дела либо вынесении приговора обвинительного содержания. 
     Первоначальные действия по определению уголовно-правовых мер борьбы с «рейдами» (1) осуществлялись Федеральным законом от 30.10.2009 № 241-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (2), приняв который была введена норма, которая установила уголовную ответственность за преступные деяния, выразившиеся в нарушении порядка учета прав на ценные бумаги, манипулировании рынком ценных бумаг и воспрепятствовании осуществлению или незаконному ограничению прав владельцев ценных бумаг [1. C. 4]. 
     Дальнейшим шагом генезиса правовых норм об уголовной ответственности за «рейды» следует назвать подписание Федерального закона № 147-ФЗ [7], который дополнил УК РФ ст. 170.1, ст. 185.5 и ст. 285.3. Также названный Закон добавил в ст. 185.2 «Нарушение порядка учета на ценные бумаги» ч. 3 – которая ввела норму об уголовной ответственности за преступления, связанные с внесением в реестр владельцев ценных бумаг недостоверных сведений, умышленное уничтожение или подлог документов. Названные нововведения ставили перед собой задачу привлечь лиц, осуществляющих «рейды» к уголовной ответственности уже на начальных стадиях указанных захватов. 
     Резюмируя анализ содержания мер уголовно-правового противодействия коррупции в сфере преступных деяний, которые сопряжены с «рейдами», необходимо обратить внимание на следующие аспекты. 
     В области уголовно-правового применения целесообразно говорить о враждебных корпоративных поглощениях и слияниях, при осуществлении которых руководители целевой компании (так называемой «мишени -компании») выражают несогласие с проводимой сделкой и проводят целый спектр мероприятий по противодействию «рейдов». В данной ситуации приобретающая структура вынуждена вести в сфере экономической деятельности действия против «компании-мишени» не только лишь с целью объединения с ней, но и использовать другие меры для ее незаконного, даже преступного поглощения. 
     Исследование научной литературы дает возможность выступить с предложением следующего определения рейдерства для его дальнейшего внедрения в нормативные правовые акты Российской Федерации: рейдерские захваты — это противозаконное насильственное или ненасильственное (зачастую выражающийся в их совокупности) незаконное овладение объектами чужой собственности, предприятиями и их имуществом в целях завладения ими, сопровождающиеся совершением обманных действий и причинением собственникам (владельцам) имущества физического и материального вреда (ущерба). Насильственный захват юридического лица вопреки воли его собственника осуществляется, к примеру, с участием сотрудников частных охранных предприятий, вооруженных представителей «криминальных авторитетов», сотрудников Федеральной службы судебных приставов или силовых структур с использованием насилия или его угрозы в адрес держателей акций захватываемого юридического лица, которые не имеют желания избавляться от своих акций, или его непосредственного руководства вплоть до физической ликвидации главы данного юридического лица. Ненасильственный отъем объекта, находящегося в чужой собственности, допустим, в частности, посредством незаконной корректировки реестра акционеров, документов устанавливающих право собственности или значительного нарушения порядка законности их получения, осуществления ненасильственных преступлений против собственности, преступных деяний, которые связаны с незаконным банкротством, применением сфабрикованных решений общих собраний акционерных обществ, сфальсифицированных договоров по купле-продаже акций, поддельных и незаконных актов судебных органов, вынесенных посредством подкупа или обмана представителей судейского корпуса, некоторых сотрудников правоохранительных структур или представителей органов государственной власти [6].
     Невзирая на объемную гамму преступных деяний, которые связаны с рейдерскими захватами (особенно коррупционной направленности), с точки зрения уголовного права необходимо говорить о недружественных слияниях и поглощениях (рейдерских захватах) организаций. Видится, что понятие «организация» носит двойной смысл [3] [9. С. 11]. В первую очередь, это субъект отношений гражданско-правового характера — один из видов юридического лица, что следует из ч. 1 ст. 2, ч. 3 ст. 23, ч. 1 ст. 50 и ст. 113‒115 ГК РФ. Во-вторую очередь - организация выступает объектом прав, то есть это имущественный комплекс, который используется для ведения деятельности, что закреплено в ст. 132 ГК РФ. Указанная организация находится в собственности либо физических, а как правило, в собственности юридических лиц. 
     Исходя из правоприменительной практики, нормы уголовного законодательства, которые действовали до вступления в силу федеральных законов № 241-ФЗ и № 147-ФЗ, не в полной мере соответствовали специфике данной категории преступных деяний. Итак, привлечение к уголовной ответственности лиц, которые причастны к организации и проведению рейдерских захватов, было возможно только на конечном этапе захвата, в тот момент, когда имущество организации уже было похищено или иным противозаконным способом выведено из-под влияния собственника или иного законного представителя. Невзирая на общественную опасность, уголовно-правовые запреты не охватывали ряд деяний, которые создавали юридические предпосылки для осуществления «рейда» (подделка решения акционеров (участников) юридического лица, актов советов директоров, а также внесение изначально искаженных сведений ЕГРЮЛ или в реестр владельцев ценных бумаг). Названные пробелы были ликвидированы посредством введения определенных норм в Уголовный кодекс Российской Федерации. 
     В современных реалиях рейдерские захваты выступают достаточно опасной формой преступной деятельности, выступают одной из форм незаконного теневого экономического сектора, препятствующая адекватному экономическому развитию российского общества, эффективному росту национальной экономики, снижает авторитет государственной экономической политики, снижает доверие общества к государственным органам и существенно снижает уровень восприятия Российской Федерации мировым сообществом (в частности, с позиции иностранных инвестиций). В современных условиях развития российского общества рейдерские захваты представляют собой фактически автономный вид высоколиквидной незаконной деятельности, которая носит организованный характер (планирование преступной деятельности, распределение ролей, извлечение доходов, наличие источников финансирования) и связана с разнообразными коррупционными схемами, пронизавшими государственные и правоохранительные органы, а также и суды.
 
ПРИМЕЧАНИЯ
(1) Далее - рейдерские захваты.
(2) Далее — Федеральный закон № 241-ФЗ.
Литература: 
[1] Аминов Д.И., Шумов Р.Н., Борисов А.В., Борбат А.В. Особенности расследования и квалификации мошенничества при кредитовании юридических лиц // Российский следователь. 2016. № 22. 
[2] Борисов А.В. К вопросу о системе мер предупреждения должностных преступлений в сфере здравоохранения // Расследование преступлений: проблемы и пути их решения. 2016. № 2 (12). 
[3] Галушкин А.А., Митрохин В.В., Тарадаева А.В., Усков И.В. Финансовая система Российской Федерации: состояние, тенденции и перспективы. М.: Издательство «Научное обозрение», 2015.
[4] Национальный план противодействия коррупции на 2010–2011 годы (утверждён Президентом Российской Федерации 31 июля 2008 г. № Пр-1568) // СПС «КонсультантПлюс», 2017.
[5] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 № 63-ФЗ (ред. от 17 апреля 2017) // СПС «КонсультантПлюс», 2017.
[6] Уголовное право, криминалистика и криминология: теория и практика. Коллективная монография. Новосибирск: СибАК, 2017. 
[7] Федеральный закон от 01 июля 2010 № 147-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс», 2017.
[8] Федерального закона от 25 декабря 2008 № 278-ФЗ «О противодействии коррупции» // СПС «КонсультантПлюс», 2017.
[9] Хромов С.А. Взаимосвязь вопросов безопасности и геополитики // Национальная безопасность и стратегическое планирование. Правовой аспект. 2014. № 1.
Заголовок En: 

To the Question of Criminal Law Measures to Counter Corruption in the Field of Crimes Related to Corporate Raids

Ключевые слова En: 

genesis of criminal law in combating raider grabs, corruption, manifestation of corruption in the sphere of crimes associated with corporate raids, criminal-law measures of the corruption counteraction, crime, associated with corporate raids, corruption crime, economic crime, improvement of the criminal law.