Уголовное преследование должностных лиц: тенденция ухода от уголовной ответственности по статьям 285, 286 УК РФ

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 
магистрант Юридического института Московского государственного университета путей сообщения Императора Николая II
Аннотация: 

В современном государстве все больше внимания уделяется проблематике уголовного преследования должностных лиц, росту должностных преступлений, а также наиболее острой проблеме по уходу от уголовной ответственности должностных лиц. Проблема злоупотребления должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), а также превышения должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) является далеко не новой для российского гражданского общества в целом. Актуальность борьбы с подобными преступлениями обусловливается их тенденцией к постоянному росту, широкой распространенностью во всех сферах жизни общества, все более организованной системой и наличием профессионального характера их совершения. К сожалению, во всем мире происходит более тысячи должностных преступлений ежедневно, зачастую довольно масштабного характера, однако, в силу специфики высокой латентности данного вида преступлений, а также несовершенства уголовного законодательства, лица, преступившие закон, не всегда несут уголовную ответственность. Можно сделать вывод, что проблема не решена полностью и вряд ли урегулируется в ближайшем будущем, что в свою очередь подтверждает актуальность данной темы и необходимость ее исследования.

Ключевые слова: 

злоупотребление должностными полномочиями, превышение должностных полномочий, профилактика должностной преступности, предупреждение должностных преступлений, уголовно-правовая система, УК, УПК, практика, проблематика.

     Ученые и практики всегда находили свой интерес в исследовании вопросов, связанных с уголовной ответственностью за должностные преступления. Так, например, уже в 1845 году устанавливается уголовная ответственность за данный вид преступлений в первом уголовном кодексе в истории России – «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных».
     Отметим, что должностные преступления – это преступления повышенной опасности, поскольку представляют собой большую социальную угрозу по своим последствиям, связанным с подрывом авторитета органов государственной власти и органов местного самоуправления, а также появлением негативного общественного мнения и недоверия к ним граждан, что в свою очередь приводит к реальной угрозе социально-экономического развития государства и его стабильности.
     Одной из конституционных обязанностей государства является защита своих граждан от преступной деятельности, а также уголовное преследование лиц, которые совершили преступления. Таким образом, на государство прямо возложена обязанность обеспечить доступ к правосудию и компенсировать возможный ущерб потерпевшему лицу от преступных деяний, что закреплено в ст. 52 Конституции РФ. Углубляясь в суть вопроса, найдем отражение данных положений в отраслевой конкретизации, а именно в ч. 2 ст. 21 действующего УПК РФ, где закреплена обязанность компетентных государственных органов, а также должностных лиц, при каждом возможном обнаружении признаков преступления, принимать необходимые меры к установлению события преступления, выявлять и изобличать лица, совершившие преступления [6]. Следовательно, от того, насколько органы уголовного преследования точно и последовательно реализуют свои обязанности, зависит социально-общественный правопорядок и, как следствие, повышается уровень эффективности работы правоохранительных органов в целом. Однако, проведя анализ официальных статистических сведений о деятельности правоохранительных органов по раскрытию и расследованию преступлений, становится очевидным, что выполняется она не всегда эффективно, а отечественная правоприменительная практика крайне далека от совершенства. Так, например, в место того, чтобы принять реальные меры по раскрытию преступлений и уголовному преследованию виновных в их совершении, соответствующие должностные лица, вопреки своим должностным обязанностям и полномочиям, напротив, всячески  препятствуют развитию уголовного дела, умышленно уклоняясь от исполнения обязанностей, которые предусмотрены в ст. 21 УПК РФ. Например, в 2016 году, по данным анонимного социального опроса, многие, пострадавшие от преступлений граждане, столкнулись с откровенным произволом и беззаконием при обращениях в соответствующие правоохранительные инстанции. Им было незаконно отказано в возбуждении уголовных дел либо они были необоснованно прекращены, также, зачастую, вообще было отказано в регистрации и учете обращений, то есть было совершено сокрытие преступных деяний в целом.
     Проведем краткий анализ состояния преступности за последние несколько лет по преступлениям против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, используя статистические данные, опубликованные на официальном сайте МВД РФ.
 
Таблица 1.
 

Отчетный период

Выявлено преступлений

Совершенных в крупном или особо крупном размерах

 

Всего

в том числе взятничество

Всего

в том числе взятничество

2014 год

19899

11893

995

634

2015 год

20571

13311

1432

951

2016 год*

17594

10257

1448

1016

* - актуальные данные на период январь-октябрь 2016 года.
 
     И так, внимательно изучив уголовно-правовую статистику Таблицы 1, можно сделать ряд следующих выводов:
  • данный вид преступлений имеет ежегодную тенденцию роста;
  • большая часть преступлений связана с получением и дачей взятки, в том числе в крупном и особо крупном размерах;
  • по состоянию на конец октября 2016 совершено 1448 преступлений совершенных в крупном или особо крупном размерах, что в свою очередь на 453 случая больше чем за весь анализируемый период 2014 года, когда их количество достигало 995 преступлений соответственно.
 
     В 2014 году было выявлено 19899 должностных преступлений, а в 2015 на 672 случая больше, что составило 20571 преступление. Не смотря на столь шокирующие цифры, нужно заметить, что количество реально совершенных должностных преступлений сильно отличается от их официальной уголовной статистики в силу специфики высокой латентности данного вида преступлений, а также несовершенства уголовного законодательства, следовательно, число фактических преступлений во много раз превышает число зарегистрированных [11. С. 160-165].
     Достоверность показателей состояния преступности и ее оценка является весьма сложной проблемой для любого государства. В текущей действительности по всему миру уже не остается разногласий и дискуссий среди криминологов о том, что официальная уголовная статистика отражает, увы, далеко не  все совершаемые на территории государства преступления, а значит, не может объективно оценивать реальные масштабы преступности. В России, как и в ряде других стран, существуют актуальные проблемы, которые связаны с нежеланием работников правоохранительных органов регистрировать часть преступлений в силу их большой загруженности, ряда ошибок, злоупотреблений, нежелания «портить» статистику раскрываемости или просто от недостатка профессионализма. Среди факторов искусственной латентности, потребность «контролировать» статистику в целях регулирования официальных показателей преступности для дальнейшего формирования у вышестоящих инстанций мнения о наличии продвижений в борьбе с преступностью и успехов ее предупреждения, и, соответственно, о высоком качестве работы правоохранительных органов, стоит на первом месте [10]. В свою очередь, естественная латентность, не давая реагировать системе правоохранительных органов на преступность, приносит реальный вред обществу в целом [8. С. 152-160].
     Проблемы латентной преступности, а также механизмы ее образования и развития, одинаково актуальны как для России, так и для ряда других зарубежных стран, о чем свидетельствует опыт исследования латентизации преступности в Европе, Азии и Америки.
     Обзор виктимизации населения на государственном уровне впервые был проведен в Англии. В США, например, исследование виктимизации населения формирует итоговую оценку реального состояния преступности наравне с уголовной статистикой [1. C. 96].
     В зависимости от того, какое количество бюджетных ресурсов готово выделить государство на подобные исследования, возможно получить с помощью них ответы на ряд таких вопросов [1. C. 97]:
  1. Каковы реальные масштабы преступности и ее характеристика?
  2. Каковы особенности потерпевших и преступников?
  3. Меняются ли масштабы преступности со временем?
  4. Какая вероятность стать жертвой преступления?
  5. Изменилась ли субъективная оценка безопасности со временем?
 
     Огромную роль играют практические действия в борьбе с должностными преступлениями, а также в предупреждении должностной преступности. Правоохранительные органы должны проводить множество пропагандистских мероприятий, направленных на осведомление граждан такой информацией, которая поможет правильно действовать в случае преступного поведения в их адрес. Большая часть населения имеет пассивную гражданскую позицию, не обладает достаточными знаниями в области своих прав, и даже в случае их нарушения, банально не знает куда обратиться [9].
     Предупреждение должностных преступлений как группы преступлений, входящих в состав преступлений экономической направленности представляет собой сложную систему, включающую объекты предупреждения, субъекты предупреждения, средства предупреждения. Также в данной системе выделяется общее предупреждение, специальное предупреждение и индивидуальное предупреждение должностных преступлений.
     В качестве объектов предупреждения должностной преступности могут выступать:
  1. факторы, которые способствуют преступности должностных лиц, их выявление и минимизация либо полное искоренение;
  2. должностные лица, которые могут совершить данные преступления (однако в данной ситуации указанные лица до совершения преступлений ни чем себя не компрометировали и характеризовались положительно как по месту работы, так и по месту жительства);
  3. потенциальные жертвы преступлений, как правило, рядовые граждане.
 
     Таким образом, предупреждение должностных преступлений можно обозначить как подготовку и исполнение единой и сложной системы различных мер, исходящих от разных субъектов, направленных на искоренение причин и условий, которые способствуют совершению должностных преступлений, укреплению законности и правового порядка с помощью минимизации объективных возможностей совершения новых преступлений [2. С. 40].
     Предупредительная деятельность в отношении должностной преступности осуществляется различными субъектами, которые, в свою очередь, наделены разной компетенцией и полномочиями [3. С. 19].
     Например, специализированные субъекты, чья предупредительная деятельность вытекает прямо из их предусмотренных законом полномочий, которые зафиксированы в уставных документах. К числу специализированных субъектов традиционно относят: Совет Безопасности Российской Федерации, органы суда, прокуратуры, юстиции, внутренних дел, Федеральная служба безопасности РФ, а также иные правоохранительные органы [4].
     Все иные организации, юридические и физические лица, СМИ, относятся к неспециализированным субъектам.
     Современная проблематика преследования должностных лиц, а также избежание этими лицами уголовной ответственности в случае совершения ими должностных преступлений обусловлена тем, что, в большинстве случаев, такие лица занимают очень высокие посты, имеют огромную сферу влияния, входят в преступный сговор с другими должностными лицами, образуя в свою очередь замкнутый круг, где роли четко распределены, а подчиненные им сотрудники находятся в полном неведении происходящего, либо также участвуют и принимают активную, противозаконную, уголовно-наказуемую деятельность. Зачастую такие лица имеют прямые рычаги давления на всю систему правоохранительных органов в целом, либо сами являются сотрудниками юстиций.
     Вспомним яркие примеры таких преступных групп, состоящих из должностных лиц.
     Так, например, дело Генерала Дениса Сугробова, для которого борьба с коррупцией являлась основной служебной задачей. Бывший начальник ГУЭБиПК МВД в январе 2013 года создал преступное сообщество, в которое вошли его подчиненные. Фигурантами дела сотрудники главка стали в феврале 2014 года. В апреле СКР предъявил Сугробову обвинение в окончательной редакции. В нем насчитывается 21 эпизод преступной деятельности по трем статьям УК – "организация преступного сообщества", "превышение должностных полномочий" и "провокация взятки" [7].
     Уникальный по масштабам коррупционный скандал разгорелся в сентябре, когда против главы Коми Вячеслава Гайзера, его заместителя Алексея Чернова и еще 17 человек возбудили уголовное дело по статьям о мошенничестве и создании ОПГ. По данным следствия, Гайзер и Чернов возглавляли преступное сообщество, совершившее в 2006-2015 годах тяжкие преступления, направленные на завладение госимуществом. Члены ОПГ, уверены правоохранительные органы, занимались мошенничеством, хищением государственного имущества и выведением незаконно присвоенного в зарубежные офшоры. В результате республике был причинен ущерб на сумму около 1,1 миллиарда рублей. Дело Гайзера также может быть связано с делом мэра Сыктывкара Ивана Поздеева, которого обвиняют в злоупотреблении полномочиями и растрате [5].
     Во избежание возникновения преступной деятельности среди должностных лиц, необходимо создавать надежные средства по их адекватному правовому регулированию. Такие функции должны выполнять нормы уголовного права, поэтому для них характерна особая значимость в противодействии уклонению должностных лиц от осуществления уголовного преследования и принятия мер к его обеспечению.
     Необходимо уделить особое внимание такой актуальной проблеме, как безнаказанность виновных должностных лиц. Фактор их безнаказанности побуждает к росту масштабов противоправных деяний, формирует ошибочные представления о возможности без значительного риска злоупотреблять должностными полномочиями, а также превышать их, совершая должностные преступления.
Литература: 
[1] Борисов А.В. Зарубежный опыт изучения латентной преступности // Сборники конференций НИЦ Социосфера. 2016. № 4. 
[2] Борисов А.В. К вопросу о предупреждении должностных преступлений, совершаемых в сфере здравоохранения // Расследование преступлений: проблемы и пути их решения. 2015. № 4. 
[3] Борисов А.В. К вопросу о системе мер предупреждения должностных преступлений в сфере здравоохранения // Расследование преступлений: проблемы и пути их решения. 2016. № 2 (12).
[4] Власов А.В., Галушкин А.А., Дианова В.Ю., Дмитриева О.А., Комарова Е.В. Логистика во внешнеэкономической деятельности. М., 2016.
[5] Власов А.В., Галушкин А.А., Дианова В.Ю., Дмитриева О.А., Коровяковский Д.Г., Колонтаевская И.Ф., Кулешова Л.И., Кушнир А.М., Николаева И.Г., Петров Ю.И., Подсветова Т.В., Рустамова И.Т., Ферафонтова М.В., Шумаев В.А. Современные проблемы региональной экономической интеграции (на примере европейского союза и евразийского экономического союза). М., 2016.
[6] Конституция Российской Федерации // СПС «КонсультантПлюс», 2016.
[7] Сделано в России: 10 громких дел о коррупции уходящего года // 2017, ТВ Центр. URL: http://www.tvc.ru/news/show/id/82376
[8] Соловьев Е.Н., Власов А.В. Межфирменная кооперация как механизм формирования и развития предпринимательских сетей в России // В сборнике: Наука и образование в XXI веке сборник научных трудов по материалам Международной научно-практической конференции: в 34 частях. Тамбов: Консалтинговая компания Юком, 2013.
[9] Уголовный кодекс Российской Федерации // СПС «КонсультантПлюс», 2016.
[10] Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации // СПС «КонсультантПлюс», 2016.
[11] Шумаев В.А., Власов А.В. Государственное регулирование национальной экономики России // МИР (Модернизация. Инновации. Развитие). 2016. Т. 7. № 2 (26).
Заголовок En: 

Criminal Prosecution of Officials: Tendency to Avoid Criminal Responsibility Under Articles 285 and 286 of the Criminal Code of the Russian Federation

Аннотация En: 

In the modern state a lot of attention is paid to the problem of criminal prosecution of officials, growth of malfeasance and the most acute problem of avoiding criminal responsibility of officials. Problem of the official powers abuse (Article 285 of the Criminal Code of the Russian Federation), as well as abuse of authority (Article 286 of the Criminal Code of the Russian Federation) is far from new to Russian civil society as a whole. Urgency of fight against such crimes is determined by their tendency to constant growth, widespread in all spheres of society, an increasingly organized system and the presence of a professional nature of their commission. Unfortunately over a thousand crimes are made by official all over the world every day, often many of them are of rather large scale, however, due to the specifics of the high latency of this type of crime, as well as the imperfection of criminal legislation, persons who violate the law do not always bear criminal responsibility. It can be concluded that the problem has not been fully resolved and is unlikely to be resolved in the near future, which in turn confirms the relevance of this topic and the need for its future research.

Ключевые слова En: 

official powers abuse, official authority abuse, prevention of official criminality, malfeasance prevention, criminal law system, Criminal Code, Code of Criminal Procedure, practice, problems.