Коллизионные нормы в системе правовых норм

Номер журнала:

Краткая информация об авторах: 

кандидат юридических наук, доцент, доцент кафедры международного права Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена

Аннотация: 
В настоящей статье автором рассмотрены особенности коллизионных норм как специальных норм, позволяющих разрешить коллизионный вопрос посредством выбора применимого права. Проанализирована структура коллизионной нормы. Выявлены сложности в применении таких специфических норм, имеющих отсылочный характер, а также  показаны возможные пути их преодоления. В заключении автор подчеркивает, что присутствие  иностранного элемента требует применения особого социального механизма  регулирования, который опосредуется через коллизионные нормы.
Ключевые слова: 

международное частное право, иностранный элемент, правовая норма, коллизионная норма, объем коллизионной нормы, привязка коллизионной нормы, нормы права.

      Среди всего разнообразия существующих на сегодняшний день общественных отношений все большее развитие получают отношения частноправового характера, выходящие за рамки одного государства. Это объясняется увеличением числа всесторонних контактов, как в сфере внешнеэкономической деятельности, так и в рамках наследственных, семейных, трудовых и иных отношений. 
     Многочисленные правоотношения с иностранным элементом, регулируемые международным частным правом, требуют применения специальных норм, которые позволяют разрешить коллизионные вопросы, связанные с выбором применимого права [3. С. 226].
     С момента появления международного частного права  [7. С. 111-115] всегда возникает одна и та же проблема, а именно, каким правом будут регулироваться отношения, ведь на их разрешение претендуют одновременно правопорядки нескольких государств. Как отмечает А.В. Алешина, «…наличие различных взглядов на место международного частного права в системе права подтверждает его сложную и неоднозначную природу» [2. С. 78].
     Общеизвестно, что регулирование таких отношений в большинстве случаев требует выбора применимого права, что достигается посредством использования специальных коллизионных норм [1. С. 28].
     Как и любая социальная норма, коллизионная норма обладает всеми присущими ей признаками, при этом она занимает особое место в системе норм, что обусловлено  спецификой её применения и правовой природой.
     В силу своего особого назначения коллизионная норма носит отсылочный характер, который проявляется в том, что, не регулируя отношения сторон по существу, она позволяет только лишь выбрать компетентный правопорядок для урегулирования данного правоотношения.
     Следует отметить и тот факт, что коллизионные нормы адресованы в большей степени правоприменителю, а не самим участникам правоотношений, что позволяет сделать вывод о том,  что  данные нормы имеют процессуальную природу. 
     Как отмечает И.В. Гетьман-Павлова, коллизионная норма представляет собой указание законодателя, какое право следует применять к определенным частным отношениям; она адресована непосредственно судам, арбитражам, административным органам, нотариату. Соблюдение или нарушение коллизионных норм может иметь место только со стороны этих органов [5. С. 60].
     В отличие от материальных норм, коллизионные нормы имеют  структуру, представляющую собой единство двух элементов – объема и привязки. Особую сложность в этом смысле представляет собой именно формулировка законодателем объема и привязки таких норм, что, несомненно, будет способствовать  правильному разрешению возникающих конфликтов.
     В соответствии со сформировавшимся в науке международного частного права подходом к пониманию элементов коллизионной нормы, под объемом понимают вид частноправового отношения с иностранным элементом, подлежащего правовой регламентации, а под привязкой – право, применимое к данному правоотношению. 
     Следует при этом отметить, что относительно понимания привязки коллизионной нормы ученые придерживаются единой позиции. Именно привязка позволяет разрешить коллизию между законами, претендующими на регулирование отношений частноправового характера с участием иностранного элемента. 
     Не является при этом однозначным вопрос об определении объема коллизионной нормы. Традиционное понимание в качестве объема только лишь определенного «вида правоотношения» не охватывает всего многообразия существующих вопросов, которые также требуют для их разрешения выбора применимого права. Так,  Т. Бендевский, в качестве объема коллизионной нормы рассматривает «правовую категорию», охватывающую все возможные правовые вопросы, для регулирования которых необходимо установить применимое право [4. С. 195]. При этом автор указывает, что правовая категория некоторых коллизионных норм представляет собой отдельный правовой институт (например, собственность, договор) или даже отдельную отрасль права (семейные правоотношения),  других же – более узкие категории или даже отдельные вопросы (форма сделки, исковая давность и т.д.).
     Действительно, сложность и разнообразие современных частноправовых отношений международного характера влечет за собой необходимость в дифференциации объема коллизионной нормы. Данную тенденцию отмечают в своих трудах Г.К. Дмитриева, И.В. Гетьман-Павлова и другие.
     Необходимо отметить, что вопрос о понимании объема коллизионной нормы  в широком или узком смысле, помимо теоретического аспекта, имеет практическое значение.
     Стремление российского законодателя к отражению в нормативных актах, содержащих коллизионные нормы (раздел VI части III Гражданского кодекса Российской Федерации [6], раздел VII Семейного кодекса Российской Федерации [10], Глава XXVI Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации [8]) всего многообразия регулируемых отношений, приводит к сложностям применения таких норм соответствующими органами.
     Подтверждение этому можно найти в отдельных статьях  российского коллизионного законодательства. В качестве примера хотелось бы остановиться на ст. 1219 ГК РФ, в которой определяется право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда. 
     Закрепленные в данной статье  правила выбора применимого права можно рассматривать, с одной стороны, как несколько коллизионных привязок, относящихся к общему объему, сформулированному законодателем в названии данной статьи «…к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда», с другой стороны, данная статья может представлять собой совокупность нескольких самостоятельных  коллизионных норм. 
     Последней точки зрения  придерживается, в частности, Г.К. Дмитриева, которая указывает, что общий объем данной нормы конкретизируется введением дополнительных условий, в результате чего ст. 1219 ГК РФ содержит пять коллизионных норм с пятью уточненными объемами, каждому из которых следует своя коллизионная привязка [9. С. 120].
     Такие, на первый взгляд, сугубо теоретические выкладки влияют в конечном итоге на процесс правоприменения. Если законодатель, формулируя коллизионную норму, не четко представляет себе ее конструкцию с точки зрения структуры, то это может значительно усложнить процесс определения очередности  выбора применимого права, что в результате повлияет на решение вопроса по существу. 
     Поскольку правоприменительные органы ориентируются изначально на объем, обозначенный в названии соответствующей статьи, то дополнительные условия, указанные законодателем в самой норме, логичнее рассматривать как указание на последовательность применения сформулированных в привязках правил выбора применимого права. 
     Таким образом, правоприменительные органы в процессе разрешения правоотношений, выходящих за рамки одного государства, сталкиваются с многочисленными сложностями, связанными с применением коллизионных норм. В этой связи,  процесс выбора применимого права мог бы стать значительно проще, если бы законодатель при формулировке коллизионных норм  учитывал особенности соотношения их структурных элементов.
     В заключение можно отметить, что проиллюстрированная нами проблема подчеркивает только лишь одну из многочисленных сложностей, связанных с пониманием и применением коллизионных норм, которые предназначены для разрешения особой категории общественных отношений. 
     Такие правоотношения, являющиеся частью разнообразных социальных связей, появляются только при наличии в их составе специфической составляющей, а именно -  иностранного элемента, который может выражаться в субъекте, объекте правоотношения, а также в юридическом факте. Именно присутствие  иностранного элемента требует применения особого социального механизма  регулирования, который опосредуется через коллизионные нормы.
Литература: 
[1] Алешина А.В. Коллизионные нормы как основа нормативного состава международного частного права // Журнал международного частного права. 2012. № 2 (76).
[2] Алешина А.В. Основные научные концепции, трактующие природу международного частного права и его место в системе права // Дискриминация, терроризм и другие виды нетерпимости (Современный мир: единство и разнообразие): Учебно-методическое пособие / Под ред. С.А. Гончарова, В.Ю. Сморгуновой. СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2010.
[3] Алешина А.В., Косовская В.А. Роль коллизионных норм и их классификации в процессе реализации и защиты прав субъектов частноправовых отношений, осложненных иностранным элементом // Международно-правовые механизмы защиты прав человека / под ред. С.А. Гончарова, В.Ю. Сморгуновой, А.А. Дорской. СПб.: Астерион, 2008.
[4] Бендевский Т. Международное частное право: Учебник / Перевод с македонского С.Ю. Клейн / Отв. ред. Е.А. Суханов. М.: Статут, 2005.
[5] Гетьман-Павлова И.В. Международное частное право: Учебник. М.: Изд-во Эксмо, 2005.
[6] Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть третья. // СПС «КонсультантПлюс», 2016.
[7] Дорская А.А. История международного права // Международное и зарубежное право. Программы учебных дисциплин. СПб.: РГПУ им. А.И. Гецрена, 2004.
[8] Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации от 30.04.1999 г. // СПС «КонсультантПлюс», 2016.
[9] Международное частное право: учеб. / Отв. ред. Г.К. Дмитриева. М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008.
[10] Семейный кодекс Российской Федерации // СПС «КонсультантПлюс», 2016.
Заголовок En: 

Conflict-of-Laws Rules in System of Precepts of Law

Аннотация En: 

In the present article author has considered features of conflict-of-laws rules as the special norms allowing to resolve a conflict question by means of the choice of applicable law. The structure of conflict norm is analysed. Difficulties in use of such specific norms having referential character are revealed and also possible ways of their overcoming are shown. In the conclusion the author emphasizes that presence of a foreign element demands use of the special social mechanism of regulation which is mediated through conflict-of-laws rules.

Ключевые слова En: 

international private law, foreign element, precept of law, conflict norm, volume of conflict norm, binding of conflict norm, rule of law.