Экономика знаний: эмпирические очертания и эволюция хозяйствующих субъектов

Номер журнала:

Автор: 
Краткая информация об авторах: 

аспирант экономического факультета Санкт-Петербургского государственного университета

Аннотация: 

В настоящей статье автором рассматриваются дискуссионные вопросы определения экономики знаний. Автором предпринята попытка сформулировать своеобразие экономики знаний как теоретического направления. Проводится сравнение концепции экономики знаний с теорией экономики постиндустриального общества. На основании анализа эволюции хозяйствующих субъектов демонстрируется специфика экономики знаний, заключающаяся в переустройстве ряда институтов жизни общества на рыночно-экономических принципах.

Ключевые слова: 

экономика знаний, постиндустриальная экономика, социально-экономическая система, интеллектуальные ресурсы, хозяйствующий субъект, кейнсианство, неолиберализм, человеческий капитал, экономическая рациональность.

     1. Экономика знаний: вопросы определения
     Современную экономику развитых стран, равно как и сложившийся уклад глобальной экономики, взятой в целом, называют экономикой знаний. Как следует из термина, в рамках экономики знаний знания играют ключевую роль в обеспечении общественного воспроизводства.
     Теоретическая сложность анализа экономики знаний во многом обусловлена сложностью ее определения.
     Требует уточнения сам термин «экономика знаний». В рамках данного вопроса речь идет не просто о сравнении «экономики знаний»  с синонимичными «умной экономикой» или «интеллектуальной экономикой», но прежде всего - об определении места экономики знаний как дискурса в теоретических концепциях постиндустриализма.
     Значительным, хотя и во многом - риторическим, вопросом является и трактовка границ экономики знаний. С одной стороны, под экономикой знаний можно понимать экономическую систему в целом, подчеркивая тем самым своеобразие сложившегося механизма общественного воспроизводства. С другой стороны, экономика знаний, в узком смысле слова, может обозначать совокупность высокотехнологичных отраслей, а также секторов экономики, непосредственно обеспечивающих воспроизводство интеллектуальных ресурсов общества.
     Тем не менее, основная сложность определения экономики знаний заключается в том, что когда речь идет о термине, содержание которого отражает самостоятельный этап развития экономики, особое внимание следует обратить не только на определение границ дискурса, но и на своеобразие теоретических конструкций, обеспечивающих его теоретическую целостность. Следовательно, в концепции экономики знаний содержится образ экономики, не только исследуемой в рамках данных теорий, но и вменяемый экономической действительности посредством распространения инструментов анализа как на макроэкономические, так и на микроэкономические процессы.
     Подобный образ экономики, обеспечивающий теоретическую целостность концепции экономики знаний, слагается из господствующих схем объяснения, а также характеристик общественных отношений, воплощенных в принимающих в них участие хозяйствующих субъектах.
     Ниже определение экономики знаний будет рассмотрено в контексте теории постиндустриального общества, также будет исследована специфика экономики знаний на примере эволюции хозяйствующих субъектов.
     2. Экономика знаний в контексте теории постиндустриального общества
     Концепции постиндустриального общества и постиндустриальной экономики как его составной части получили активное развитие в 1970ые годы и были связана с именами таких исследователей как Д. Белл, О. Тоффлер, Г. Кан, З. Бжезинский, А. Турен.
     При всем многообразии подходов, воплощенных в дискурсе о постиндустриальном обществе, можно выделить основные положения, составляющие его теоретическое единство.
     В первую очередь, концепции постиндустриального общества отличает историзм - выделение в мировой истории нескольких последовательных этапов, отличающихся разными типами социальной организации и господством различных сфер экономики. При этом постиндустриальный этап отличает приоритетное значение знаний и информации в обеспечении общественного воспроизводства.
     «Сторонники теории постиндустриализма особенно подчеркивают важность переструктуризации рабочей силы и роста занятости в сфере услуг» [2, C. 113]. При этом отмечается, что наиболее интенсивно эти процессы идут в секторах экономики, а также в образовании, здравоохранении, социальной сфере [2, C. 113].
     Авторы концепций постиндустриализма особую роль уделяют рассмотрению влияния технологического прогресса на социально-экономические отношения. При этом следует отметить, что взаимозависимость между индустриальными и постиндустриальными секторами экономики сохраняется. «Отечественный и зарубежный опыт, достаточно убедительно свидетельствуют о том, что в начале страны избавляются от массового промышленного производства, а затем и истощается их собственный сектор НИОКР» [6, C. 33].
     По своей стратовой организации постиндустриальное общество становится относительно гомогенным, свободным от классовых антогонизмов [2, C. 111]. И тем не менее, как и любой социальный организм, постиндустриальное общество имеет собственный конфликтный потенциал. Очевидно, что развитие системы производства, основанной на знаниях, приведет к конфликту между новым «образованным классом» - субъектами, обладающими основным экономическим ресурсом - то есть - знаниями как неотчуждаемым элементом собственного человеческого капитала, и сложившимися институциональными субъектами политико-экономической власти. В частности, сами родоначальники теории постиндустриализма большое внимание уделяли изучению новых социальных групп - «меритократии, адхократии и так далее» [2, C. 407].
     Как отвечает В.Л. Макаров, «термин "экономика знаний" был введен в на¬учный оборот австроамериканским ученым Фри¬цем Махлупом (1962) в применении к одному из секторов экономики. Сейчас этот термин … используется для определения типа экономи-ки, в которой знания играют решающую роль, а производство знаний является источником роста» [4, C. 450].
     Таким образом, экономика знаний, обнаруживая очевидное сходство тематического фона с концепциями постиндустриального общества, фокусируется прежде всего на отображении и анализе непосредственных форм и способов обращения интеллектуальных благ. В широком смысле, основой содержания экономики знаний как научного дискурса является вопрос о том, как посредством экономических механизмов обеспечить воспроизводство знаний в масштабах общества и при этом стимулировать социально-экономическое развитие. 
     Помимо тематического пересечения, следует отметить и разительное отличие концепций экономики знаний и постиндустриального общества. В рамках теорий постиндустриализма в контексте разрушения привычных институтов общественной жизни ведется поиск и формулирование предпосылок создания новых институтов. В частности, об этом свидетельствует и обозначенные выше попытки новой социальной стратификации, то есть обоснования новых хозяйствующих субъектов. В рамках концепций экономики знаний внимание акцентируется на встраивании социальных новаций в уже существующую систему институтов. Вопросы экономической эмансипации нового «когнитивного класса» уступают место вопросам обеспечения прав собственности на знания ранее сформировавшихся субъектов хозяйствования.
     Совершившаяся виртуально-информационная революция означает масштабные изменения общества и человека [5, C. 106-107]. Говоря о месте, которое экономика знаний как самостоятельный дискурс занимает в современной экономической мысли, следует согласиться с А. Горцем, отметившим, что «осознание того, что знания стали сегодня важнейшей производительной силой, вызвало перемены, подрывающие значимость ключевых экономических категорий и ясно указывающее на неотложность новой экономической теории» [1, C. 12]. В частности, многими исследователями отмечается необходимость формулирования новой модели для анализа экономического поведения человека в информационном обществе [7, C. 32]. 
     3. Эволюция хозяйствующих субъектов в рамках экономики знаний
     Одним из способов анализа специфики этапа развития экономической системы является исследование ее субъектного содержания.
     С 1970х годов в развитых западных странах происходит сворачивание кейнсианского социального государства. Это приводит к тому, что «сферы традиционного государственного вмешательства в области потребления и коллективного инвестирования (здравоохранение, информация, культура, образование, наука) превращаются в сферы, подчиненные экономической логике и рациональности конкурентных рынков» [3, C. 136-137].
     В рамках неолиберальной экономической политики, возобладавшей в большинстве развитых стран, получают развитие теоретические концепции, оправдывающие «корпоративизацию» государства и концептуально освобождающие государство от ряда социальных обязательств.
     Говоря об эволюции фирмы как структуры в течение последних десятилетий, необходимо отметить ее заметное усложнение, обусловленное влиянием реинжиниринга и аутсорсинга. В частности, большое значение для экономики знаний приобрели сетевые структуры. И тем не менее, вопреки переживаемому в наше время буму «практических теорий» корпоративной культуры и «новой мотивации труда», обещающих развитие социальных активов компаний, концептуально внутрифирменная организация может функционировать лишь на основе экономической максимизационной рациональности.
     Отдельно стоит отметить эволюцию представления о предпринимательстве в современной экономике. Сегодня функции шумпетерианского предпринимателя, занятого созидательным разрушением, даже в инновационном секторе экономики распылены в рамках корпоративной техноструктуры. С одной стороны, функции предпринимателя вменяются каждому сотруднику современной корпорации, с другой стороны - зачастую под видом предпринимательства обозначаются посреднические и рентные функции. Все меньшее внимание бизнеса привлекают радикальные инновации.  Указанные тенденции объясняются несоответствием имеющегося в обществе антропологического ресурса потребностям развивающейся экономики. Справедлив и такой сложный социо-исторический вопрос как угасание духа инновационного предпринимательства. В частности, отметим показательность самой идеи создания специальных институтов - «национальных инновационных систем, которые призваны восполнить дефициты предпринимательских мотиваций» [8, C. 30].
     В развитие современного представления о домохозяйстве как хозяйствующем субъекте основной вклад внесла неолиберальная концепция экономической политики, претворившая в социально-экономическую действительность положения теории человеческого капитала. В соответствии с данной концепцией, индивиду вменяется представление о нем самом как о «самопредпринимателе». Таким образом, на индивида возлагается ответственность за получение образования, адекватного состоянию рынка труда, и - в целом - ответственность за воспроизводство самого себя. Экономическая рациональность признается репрезентативным отражением мотивационно-смыслового содержания деятельности домашнего хозяйства как хозяйствующего субъекта.
     В целом, на основании сказанного выше следует отметить, что в рамках новой экономической политики, пришедшей на смену кейнсианству в 1970ых годах в большинстве развитых западных стран, «ставилась задача подчинить все общество логике и критериям рациональности (или рентабельности), действующим в экономике» [3, C. 134-135]. Мы видим, что многообразие хозяйственной мотивации экономических агентов при формулировании как самой экономической политики, так и в рамках теоретической рефлексии о ней, заменяется на унифицированное формально-рациональное, максимизационное поведение.
     Значение подобной унификации объясняется следующим. Экономика знаний зависит от таких отраслей, как наука и образование, которые ранее не считались сферами экономики. Унификация хозяйственной мотивации и переустроение всего общества на рыночных основаниях позволило обеспечить «экономизацию» новых сфер общественной жизни  и использовать экономические механизмы в качестве инструментов управления воспроизводством социального, а следовательно, - и знаний.
     3. Выводы
     Сообразно теориям постиндустриального общества, аналитическую специфику экономики знаний справедливо выразить термином «футурошок» (Э. Тоффлер). 
     К примеру, содержание индустриальной экономики, концептуально выраженное в марксисткой, неоклассической и ранних институциональных экономических теориях, сводится к вопросам «проектируемого развития» - перехода системы между состоявшимся начальным состоянием к программируемому будущему состоянию. Отличия между различными концепциями индустриализма заключаются в механизмах указанного перехода - либо речь идет о плане, либо о программировании рыночной среды, - а также - в масштабах совершаемых социально-экономических проектов (к примеру, вывод нового продукта фирмой на рынок в сравнении с масштабным марксистским проектом переустройства всей системы общественного воспроизводства).
     Концепция экономики знаний концентрируется на вопросах воспроизводства и целенаправленного развития хозяйствующего субъекта, оказавшегося в ситуации «неизвестного настоящего». Таким образом, содержание экономики знаний заключается не в проектирование будущего, но в попытке сохранить управляемость социально-экономической системы в условиях нарастающей неопределенности.
     Применительно к субъектному содержанию экономики знаний следует обозначить следующие тенденции. 
     Во-первых, экономика знаний характеризуется унификацией традиционных хозяйствующих субъектов (фирмы, домохозяйства, государства), которая отражается в унификации практик экономического управления и аналитических реконструкций механизмов принятия решений.
     Во-вторых, субъектное содержание экономики знаний составлено различными типами и видами субъектов экономических отношений, зачастую сформулированных безотносительных к проблематике экономики знаний. В аналитической практике это означает единовременное соучастие в экономических отношениях и постиндустриальных суррогатных субъектов, и доиндустриальных адоптировавшихся хозяйственных форм, и традиционных домохозяйств, фирм и государства. При этом государство трактуется в большей степени институционально, нежели просто как производитель общественных благ.
     Выявленные в рамках данной статьи особенности экономики знаний отражают постепенную эволюцию экономической теории и демонстрируют сложности, с которыми сегодня сталкиваются контрольно-управленческие системы, обеспечивающие воспроизводство общества.
Литература: 
[1] Горц А. Нематериальное. Знание, стоимость и капитал. М.: Изд. дом Гос. ун-та - Высшей школы экономик. 2010. 
[2] Иноземцев В.Л. За пределами экономического общества: Научное издание. М.: «Academia» «Наука». 1998. 
[3] Корсани А. Капитализм, биотехнонаука и неолиберализм: Информация к размышлению об отношениях между капиталом, знанием и жизнью в когнитивном капитализме // Логос. 2007. № 4.
[4] Макаров В. Л. Экономика знаний: уроки для России // Вестник РАН. 2003. № 5.
[5] Осипов Ю.М. Шествие интеллект-революций и нашествие интеллект-апокалиптики // Философия хозяйства. 2012. № 1.
[6] Рязанов В.Т.  Новая индустриализация России как реальная цель и постиндустриальный идеал // Проблемы современной экономики. 2014. № 4. 
[7] Румянцев М.А. Антропологический подход к исследованию экономики: постановка проблемы // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия: 5. Экономика. 2007. № 4. 
[8] Румянцев М.А. Трансграничные процессы в экономике: природа, логика, формы  // Проблемы современной экономики. 2014. № 1.
Заголовок En: 

Economy of Knowledge: Questions of Definition and Evolution of Economic Entities

Аннотация En: 

In the present article author considers debatable questions of the economy of knowledge definition. Author made an attempt to formulate an originality of economy of knowledge as the theoretical direction. Comparison of the concept of economy of knowledge with the theory of economy of post-industrial society is carried out. On the basis of the analysis of evolution of economic entities the specifics of economy of knowledge consisting in a reorganization of a number of institutes of life of society on the market and economic principles are shown.

Ключевые слова En: 

economy of knowledge, post-industrial economy, social and economic system, intellectual resources, economic entity, keynsianstvo, neoliberalism, human capital, economic rationality.